– Не преувеличиваешь? – для проформы спросил Андрей Ильич, заразившись чужой тревогой.

Василий укоризненно посмотрел на недоверчивого шефа, вздохнул, помолчал, размышляя с нахмуренным лбом, вяло похлопал ресницами и предложил:

– Хотите, расскажу, чем может все обернуться?

– Валяй.

И Голкин вывалил свой вариант развития событий. В умении мыслить и логике ему было не отказать. Андрей Ильич понял, что беспечности тут не место.

– Хорошо, – кивнул он, когда Голкин закончил, – я попробую что-нибудь сделать. Будем надеяться, до утра ничего не изменится, а утром пришлю ребят. И надо вам оттуда перебираться в другое место, чем скорее, тем лучше.

Василий согласно вздохнул.

Начальнику службы безопасности Андрей Ильич позвонил из машины.

– Семенов, нужна пара надежных крепких ребят, умеющих держать язык за зубами. Срочно и позарез, у тебя есть такие?

– Как срочно, Андрей Ильич?

– Вчера.

– Понял, свяжусь через пять минут.

Он позвонил через пять с половиной. Лебедев ни на секунду не спускал с циферблата глаз, стараясь не поддаваться дурному предчувствию.

– Андрей Ильич, нашел самых лучших.

– Отлично! Они нужны мне сию минуту, пусть выезжают.

– Извините, Андрей Ильич, – остановил виноватый голос. – Сейчас это невозможно.

– Почему?

– У Мальцева мать умерла в Твери, сегодня хоронили.

– Ну и что?

– Ребята после поминок, сами понимаете. А к утру оба оклемаются, на зорьке выедут и часиков в восемь будут на месте.

– Что ты мелешь, Семенов?! Какая, к черту, зорька зимой? Сейчас начинает светлеть только после семи.

– Так и я о том же, Андрей Ильич, к восьми ребята подъедут.

– У тебя что, на этих могильщиках свет клином сошелся? – буркнул Лебедев, остывая. Зная своего помощника, шеф был уверен, что тот действительно отыскал самых лучших. Не семеновская вина, что у одного из них сложились форсмажорные обстоятельства.