"Какого дьявола я отпустил ее?" - подумал он. Ответ не находился. Он нахмурился. "Чертов глупец!" - сказал он сам себе.

Он действительно не знал, что подтолкнуло его оставить женщину на дороге. Он не был впечатлительным, но ее нескрываемое хладнокровие удивило его, хотя сама девушка не произвела на него впечатление. Угрюмая девчонка! Из тех, кто ни перед чем не остановится. Но в то же время было ясно, что не она совершила преступление. Конечно, ему бы следовало доставить ее в полицию. Если она действительно не убивала того человека, то, во всяком случае, что-то знала об этом. Такое не скроешь от человека, у которого в избытке возможностей сталкиваться с убийствами почти каждый день. В то же время, приведи он ее в полицию, какие бы шансы у нее остались? Дело - швах. Добудь он еще доказательств, а он не сомневался, что их немало, и мог бы сам представить Верховному суду громкое дело.

Но это его не касается. Его обязанность совершенно определенная. И нельзя сказать, чтобы он слишком взволновался. Но если бы он не был осторожным, то оказался бы в незавидном положении человека, причастного к убийству. И все из-за чего? Он и сам, черт возьми, не знал.

Въехав в Аппер Неттлфоулд, Эмберли направил машину к полицейскому участку - старому строению из красного кирпича на рыночной площади. В участке он обнаружил молодого констебля с телефонной трубкой у уха и выражением смертельной скуки на лице. Тот взглянул на мистера Эмберли без всякого интереса и сказал в трубку, что ничего не слышит, хотя делал, видимо, все возможное, чтобы так оно и было. Потом он еще некоторое время послушал абонента и повторил свои слова, после чего повесил трубку.