Да, ему определенно было чем заняться. Но когда он окинул взглядом кладбище, последний приют жителей Саванны, умерших двести пятьдесят лет назад, где, по слухам, обитали привидения, его посетило неприятное ощущение, что автор письма еще даст о себе знать. Раз, два, три, первых убери. Их крики слушай, молись за их души.

Черт возьми, что это значит?

Несомненно, он скоро это выяснит.

— Я его видел, — возбужденно повторял Билли Дин Делакруа, и прыщи на его мальчишеском лице еще ярче покраснели от холодного ветра. В свои пятнадцать он был настоящим сорвиголовой. — Тот старый олень пробежал через холм. Но он далеко не удерет. Я его задел, точно, он скоро упадет. Я видел, как его белый хвост сверкал. Побежали, Прес! — Билли Дин помчался, проламываясь через кусты с легкостью чемпиона по бегу; неуклюжий длинноухий пес еле поспевал за ним.

Прескотт Джонс, дальний родственник Билли, старше его на шесть месяцев и тяжелее на пятьдесят-шестьдесят фунтов, старался не отставать. Дикий виноград цеплялся за его старые джинсы и рвал ткань, ветки хлестали по лицу, грозясь сбить очки, когда он бросился по свежему кровавому следу оленя, тянувшемуся по берегу Медвежьего ручья. Енот посмотрел на него из-за своей черной маски и вперевалку поспешил в заросли папоротника. В небе медленно кружил ястреб.

К тому времени, как Прескотт достиг гребня холма, он задыхался и потел в своей охотничьей куртке и старой отцовской фуфайке. Билли Дина, с головы до ног одетого в камуфляж, нигде не было видно, как и его уродливого рыжего пса.

— Сукин сын, — пробормотал Прескотт, переводя дыхание. Иногда Билли Дин просто козел — вперед убегает и все такое. Интересно, он серьезно ранил оленя или только задел и теперь они будут гнаться за этой сволочью много миль?