- Очень мило.

Его ответ прозвучал сдержанно, и Конни поняла почему. Беленькие рубашечки с жабо, кружевными манжетками приводят старушек в восторг, но гладить и стирать такое каждый день - просто самоубийство.

- Я не хотел это покупать, - вмешался Эрик. - Я хотел джинсовую рубашку, как у тебя, папа.

- Но деточка, у них не было твоего размера, - сказала бабушка. - А такая рубашечка очень нарядная, ты в ней просто маленький король!

Мальчик топнул ногой.

- Ну и что? Не хочу быть королем! - Скривившись, он выдавил пару слезинок. - Хочу такую, как у папы.

Да, скорее не король, а чертенок, подумала Конни. А что еще ожидать, принимая во внимание такую наследственность?

- Не плачь, маленький, - умоляюще сказала бабушка. У нее был такой вид, точно она сама вот-вот расплачется. - Мы завтра снова пойдем в магазин и...

- Ненавижу белое! Оно пачкается! - прервал ее малыш.

- Тогда давай сделаем ее зеленой, - предложила Конни. Плач оборвался, словно сработал выключатель.

- А как? - требовательно спросил Эрик.

Встав, Конни протянула малышу руку.

- Если ты пойдешь со мной к машине, где лежит моя сумка, я тебе покажу.

- Возьми ключ, - сказал Берт. - Вот.

Когда несколько минут спустя они вернулись, на Эрике был надвинутый на лоб пластмассовый зеленый козырек-кепка.

- Теперь у меня все зеленое, - объявил мальчик, глядя сквозь козырек. И ты зеленый, папа. И бабушка. И дедушка. И... - Он забегал по комнате, перечисляя все, что стало теперь зеленым.

Ханна принесла кофе и яблочный пирог.

- Где вы живете, Конни? - мягко заговорила она.

- В Гринвич-Вилледже.

- Одна?

- Да, у меня там маленькая студия.

- Вы замужем? - спросила пожилая дама.

- Нет. Один раз у меня едва не состоялась помолвка, но в последнее время я много работаю, так что нет возможности строить отношения, - с неловкостью ответила Конни.