
Но ничего этого я маме объяснить не могла, поскольку все готовилось в строжайшей тайне, а мама умеет хранить секреты еще похуже моего. О шоколадке с начинкой «Тирамису» знала уже половина округи.
— Ты уйдешь на работу, а как же я?
— Может, попросим кого-нибудь из соседок с тобой побыть?
Тишина.
— Хорошо? Пойми, это моя работа, мне за нее деньги платят, я уже и так два дня пропустила.
— Каких соседок?
— Мм-мм…
За последнее время состав жителей квартала претерпел некоторые изменения. То все соседи были женщины маминого возраста и старше, и звали всех Мэри, Мора, Мой, Мария, Мора, Мэри, Мари, Мэри, Мэри и Мэри. За исключением миссис Прайер, которая носила имя Лота, но лишь по той причине, что она голландка. Они без конца наведывались к маме — чтобы вручить конверт для церковных пожертвований, а то и просто что-нибудь одолжить по-соседски — ну, вы понимаете…
И вот трое или четверо из этих Мэри переехали; Мэри, которая миссис Уэбб, продала дом и переехала в квартиру у моря, где собиралась доживать на пенсии, благо «дети уже подросли»; мистер Спэрроу умер, и Мэри Спэрроу, большая мамина подруга, уехала жить к сестре в Уэльс. А две другие Мэри? Уж и не упомню, поскольку, должна признать, я всегда пропускала мимо ушей половину из маминых рассказов о событиях местной жизни. Ах да, еще одна Мэри со своим мистером Гриффином перебрались в Испанию из-за артрита. А другая Мэри? Ну ничего, вспомню.
