Решив никак не реагировать на его слова, я стояла молча и смотрела на него и как бы сквозь него. Я уже несколько оправилась от случившегося перед храмом, и по размышлению решила действовать непротивлением. Мало ли что ему взбредет после, а пока не буду злить его. Лучше выждать, не накаляя обстановку, разобраться в происходящем, и вот уже тогда… Что будет тогда, я пока еще не представляла, но знала четко — поломать себя не позволю. Да, я буду сгибаться под напором судьбы, но все равно выстою, выживу, и выкарабкаюсь из сложившейся ситуации. В конце-концов, я почти что офисный планктон, а войны и подковерные игры, которые ведутся в таких вот тихих омутах, интриги которые плетутся, чтобы подвинуть на местах один другого и урвать лишний рубль к зарплате, гораздо сложнее и беспощадней, нежели чем были в эпоху Ришелье и Мазарини.

Таким образом, успокаивая и настраивая себя, я смолчала и ничего не ответила на явную издевку моего 'любимого супруга'. Тот видимо не дождавшись требуемой реакции, продолжил:

— Вы долго копались. При подобном непослушании в следующий раз вы рискуете остаться без ужина. А пока с вас будет довольно того, что в этом виде, вы проследуете за мной.

Действуя по наитию, я чуть присела и, склонив голову, учтиво произнесла:

— Как вам будет угодно, милорд.

Это удивило его.

— А вы быстро учитесь, — удовлетворенно протянул он и, развернувшись, вновь начал подниматься наверх. Мне пришлось поспешить за ним.

Кларенс быстрым шагом провел меня по великолепным коридорам дома, устланных узорчатыми коврами, через анфиладу комнат обставленным так, что можно было подумать, что это дворцовые покои какого-нибудь императора, и, наконец, остановился перед закрытыми дверями. Перед ними навытяжку в сверкающей ливрее стоял лакей.

— Дядя у себя? — спросил Кларенс, и в его голосе я с удивлением различила едва сдерживаемое волнение. Похоже, тот, кто находился за дверьми, беспокоил его, а может быть даже пугал.