— А разве тебя не волновало бы?

— Полагаю, что да. Но в моем случае именно мать не стремится увидеться со мной. Хотя отец тоже всегда был занят работой.

— И это тебя расстраивает?

— С чего бы? У меня есть своя собственная жизнь.

— Значит, ты считаешь, что семья не должна собираться вместе?

— Ты имеешь в виду совместные обеды и поездки на природу в летнее время?

— Что-то в этом роде.

— Если ты родилась в такой семье, я уверен, что это замечательно. Но если нет, то ты должна принять сложившиеся обстоятельства и двигаться вперед.

— Или изменить их.

И снова он взглянул на нее с удивлением.

— И как ты собираешься сделать это?

— Лично я? Вероятно, выйду замуж за того, кто ценит семью так же, как и я. Стану проводить время со своими детьми, и мой сын или моя дочь не будут чувствовать себя отвергнутыми.

— Ты думаешь, что родители отвергли тебя?

— Я знаю это.

— Почему ты так говоришь?

— Я приехала в США, когда мне было шесть лет, потому что старшая сестра моей матери не могла иметь своих детей и ей оказали честь воспитывать меня. — Она никогда никому не рассказывала подробности своей жизни, но Себастиан был не такой, как все. Она верила ему.

— А твой брат?

Она снова улыбнулась, вспомнив брата.

— Когда я приезжала к своим родителям, на неделю раз в году, он всегда разговаривал со мной. Расспрашивал меня о том, как я живу, хвалил за все мои достижения. Он был единственный из семьи, кто знал о моем увлечении каячным спортом. Когда прилетает в Америку, он все время меня навещает. А отец, который дважды в год летает в США, никогда не пытается увидеться со мной.

— Он наверняка считает, что тетя и дядя о тебе хорошо заботятся.

— Я тоже так думаю. Тетя очень милая, но немного чопорная, а дядя более открыт новому, чем отец, потому что вырос в Канаде. Он третий сын в королевской семье. Мне было позволено поступить в университет только по его настоянию. Если бы решали мои родители, то меня бы отдали в пансион благородных девиц в Европе.