— Почему же? Разве ты вернулся в Спрингдейл не ради нее?

Грант вспыхнул:

— Ты и сам прекрасно знаешь, что нет!

В отличие от Гранта Джастин не любил конфликтных ситуаций.

— Да ладно, Грант! Я благодарен, что ты сделал мне большое одолжение, подменив меня на время в больнице, но пошел бы ты на это… ну, скажем, если бы это был кто-нибудь другой — вернее, если бы это было где-нибудь в другом месте? Признайся, у тебя была причина приехать именно сюда. Давай, выкладывай: будешь воевать с Сэмом Уайтфилдом или попытаешься отвоевать у него Оливию?

Грант мог с уверенностью заявить, что час назад Сэм сдал свои позиции. Но сейчас он просто усмехнулся Джастину и поднял бокал.

— Давай выпьем за твою семейную жизнь, друг мой, — произнес он. — Пусть медовый месяц не кончается никогда.

Лежа в расслабляющей ароматной ванне, Оливия почувствовала, что напряжение спало, и приятная истома охватила все тело. Сейчас молодая женщина отбросила все посторонние мысли и наслаждалась комфортом и роскошью своего жилища.

Конечно, она понимала, почему чувствовала себя неуютно. Она вела себя на свадьбе глупо и неискренне. И причина одна — Грант Медисон. Сказать, что у нее был шок, когда она увидела его, — значит не сказать ничего. Это было потрясение. Оливия была близка к обмороку, удару, к чему угодно. Она начала приходить в себя только к вечеру, тем более что Грант сохранял дистанцию, когда Генри пригласил ее потанцевать, и она согласилась, не видя причин отказывать хорошему танцору. Да и почему не танцевать на свадьбе молодым людям?

Люди, конечно, шептались уже тогда. Те, кто знал Гранта раньше, не забыли его и стремительную женитьбу доктора на дочери председателя правления больницы. И она, и он всегда были в центре внимания, и прекрасно знали это. Так было до, во время и после брака. Сейчас эта роскошная красавица высоко держала голову и уверенно улыбалась Генри, кружившему ее в танце.