Обслуживали в ресторане на удивление оперативно. Не успела Кэтрин просмотреть меню, как к ним подошла официантка и приняла заказ – два чизбургера, один салат из шпината и порция печеного картофеля со сметаной. Джошуа добавил к этому графин красного вина.

– Здесь подают только три сорта вина, – пояснил он с усмешкой. – Красное, белое и розовое. Я уже пил тут красное, оно неплохое.

– Не волнуйтесь, я вовсе не привередлива. Роберт тщетно пытался воспитать у меня вкус, но все кончилось тем, что я по-прежнему предпочитаю сладкие белые вина, а не его любимые каберне и бургундское. Помнится, в свадебную ночь он заказал бутылку французского шампанского «Дом Периньон», а у меня началась икота от пузырьков, не успела я выпить первый бокал!

Ее голос оборвался, и она подняла испуганные глаза, пораженная тем, что невольно рассказала столь интимную вещь. Она растерялась еще больше, когда увидела, что Джошуа глядит на нее с задумчивым и напряженным выражением лица. – Вашего мужа звали Роберт? – спросил он.

– Да.

Ответ прозвучал, очевидно, чересчур лаконично, но Кэтрин была настолько выбита из колеи собственным неосмотрительным поведением, что просто не смогла ничего добавить. После гибели Роберта она научилась спокойно говорить и о несчастном случае, и о своем вдовстве, но никогда прежде не позволяла себе делиться с кем бы то ни было драгоценными подробностями их короткой супружеской жизни. И сейчас она внезапно рассердилась на Джошуа Ханта: он проник за защитные барьеры, которые она так старательно возводила вокруг своих воспоминаний.

– А вот и наш заказ, – произнес он, явно не замечая ее напряжения. – Как раз вовремя. А то я уже прикончил всю пачку хлебцев.

Кэтрин тем временем пыталась справиться с беспричинным гневом. В конце концов, Хант вовсе не побуждал ее к откровенности! И что это на нее нашло?! Нужно срочно направить разговор в нужное русло.