— Дай знать, когда освободишься.

Было время, когда Розмари думала, что их отношения перерастут в нечто большее, хотя, может, ей это просто казалось, но в последнее время он старался не оставаться с ней наедине. Розмари отбросила эту мысль. Разве он только что не намекнул, что хотел бы чаще видеться с ней?

— Возможно, все изменится, когда приедет новый лесник, — заметила Розмари.

Уже несколько недель большой участок леса был без главного лесника, но наконец-то его нашли, и он должен был приехать через неделю.

— Возможно. Если ты намекаешь, что у меня будет больше свободного времени, то ты права, — улыбнулся Хью. — А сегодня давай скрестим пальцы, ладно?

— Да, Хью.

Розмари хотелось рассказать о незнакомце, которого она встретила в лесу, но она не решилась.

— Тогда увидимся, — бросил Хью и направился к машине.

Оказавшись около своего дома из красного кирпича, стоящего среди поросшего лесом участка, Розмари обнаружила, что ее отец опрыскивает розы в саду. На темном фоне елей ярко выделялись последние цветущие рододендроны и азалии, а ранний душистый горошек поражал буйством красок.

— Привет, отец. Вызовы были?

Отец выпрямил спину. Он рано поседел, на нем были очки и свободная одежда.

— Нет. Но день полностью занят.

Розмари вырвала сорняк.

— Так всегда в это время. Не знаю, то ли рождаемость возросла, то ли люди стали больше болеть.

— Люди уже не могут справляться с болезнями, как раньше, — ответил Джон Филдинг, возвращаясь к своей работе.

— Согласна, и их нельзя винить, даже если нам от этого тяжелее.

— Верно.

Денни крикнула в окно, что обед будет готов через пять минут, и они вошли в дом.

— Не возражаешь, если я попозже опять уйду? — спросила Розмари у отца, когда они уселись за стол.