Боб кивнул, и Нат Пинкертон быстро удалился. Подойдя к окну, он минуту или две постоял, прислушиваясь, потом одним прыжком вскочил на подоконник и скрылся в неосвещенной комнате.

Бобу сделалось жутко. Он просто не мог стоять на месте, и не прошло еще и пяти минут, как он уже тихо подошел к окну. Но в ту самую минуту, когда он собрался было вскочить на подоконник, кто-то тихо закрыл окно изнутри.

Больше Боб не стал медлить. Ему было все равно, ждет ли его в комнате человек, закрывший окно, или нет. Достав из кармана алмаз, каким пользуются стекольщики, он вырезал в стекле отверстие, запустил в него руку, отодвинул задвижку и открыл окно.

Но в комнату Боб вскочил не сразу. Он сперва зажег взятый с собой электрический фонарик и осветил им комнату. При этом он увидел, что справа от окна стоял уже знакомый ему человек с огненно-рыжими волосами. В его руке сверкал нож.

Внезапный яркий луч света ослепил его, и прежде, чем он успел опомниться, Боб вскочил в окно и с возгласом «Ага! Попался, дорогой лакейчик!» обрушил рукоятку револьвера на его огненную голову. Разбойник без чувств свалился на пол. Сыщик связал его по рукам и ногам и для большей осторожности засунул ему в рот тряпку.

— Ну-с, ты от нас не уйдешь! — прошептал он. — А теперь вперед, пора идти на помощь начальнику!

Нат Пинкертон между тем, свободно пройдя через квартиру Гризама, выбрался в коридор и вошел в зверинец. Дверь туда не была заперта. Сыщик засветил электрический фонарь, но вначале никого в зверинце не заметил.

— Ничего, придут! — сказал он про себя.

С одной стороны к большой львиной клетке вела деревянная лестница, и Пинкертону пришла мысль посмотреть, какой был замок у железной решетки. Он поднялся по лестнице и стал его рассматривать, но в ту же минуту дверь в клетку открылась, и кто-то с такой силой толкнул его сзади, что он упал вперед, прямо в клетку. Тотчас во всем помещении зажглось электричество, и послышался басистый смех.