– Знаешь, люди постоянно мне говорят, что я заставляю их нервничать, а я не понимаю почему.

– Может, дело в том, что обычно у тебя в руках иголки, или в том, что ты просто такой человек. – Внезапно Либби поняла, что Мейбл уходит от темы. – Насчет вечеринки...

– Мне пора, – произнесла ее соседка, специалист по иглоукалыванию, и быстро вышла.

Либби беспомощно наблюдала за исчезновением Мейбл. Организовать рождественскую вечеринку? И о чем только она думала?

Ладно, она подумает о задании подруги позже, а пока что у нее впереди загруженный день.

За три-четыре недели до праздника невозможно организовать вечеринку на две сотни человек. У нее будет сумасшедшая жизнь между Днем благодарения и Рождеством. Конечно же, Либби, как и все, с нетерпением ждала рождественских праздников, но сейчас чувствовала острое раздражение по поводу планируемой рождественской вечеринки.

Раздражение – неверное слово, чтобы описать чувства Либби, когда она ожидала клиента на полпятого.

– Что вам надо? – рявкнула она, когда не умеющий парковаться доктор Гарднер прошел к ней в салон и уселся в кресло.

– Немного подровнять.

Внезапно она осознала свою ошибку.

– Я видела Дж. Гарднер в регистрационной книге, но не думала, что придете вы. – Запись была сделана почерком Джози. Либби стоило спросить, но она так расстроилась после разговора с Мейбл, что ни о чем больше не могла думать.

– Поверите или нет, но большинство моих друзей зовут меня Джошуа или даже Джош.

– Значит, я буду называть вас доктор Гарднер, если не возражаете.

Либби видела, что он рассматривает ее отражение в зеркале. Его темно-карие глаза изучали ее, и она чувствовала себя как кролик перед удавом.

– А если я скажу, что возражаю, Либби? – мягко поинтересовался он.

– Тогда я скажу, что мне очень жаль, доктор Гарднер, но я предпочитаю, чтобы мы сохраняли деловые отношения. – Она накинула на него накидку и затянула ее немного сильнее, чем требовалось. – И попрошу называть меня мисс Макгинес.