В жилища христиан с кинжалом казнь вступила,И кровь страдальческа на небо возопила;Там плач, уныние, сиротствующих стон;Но их отечество сей вопль вменяло в сон. Алчба, прикованна корыстей к колеснице, В российской сеяла страдание столице.О благе собственном вельможи где рачат,Там чувства жалости надолго замолчат.Москва, разимая погибелию внешной,От скорбей внутренних явилась безутешной.Сокрылась истина на время от царя;Лукавство, честь поправ, на собственность воззря,В лице усердия в чертогах появилось,Вошло, и день от дня сильняе становилось.Там лесть представилась в притворной красоте,Котора во своей природной наготеМрачна как ночь, робка, покорна, тороплива,Пред сильными низка, пред низким горделива,Лежащая у ног владетелей земных,Дабы служити им ко преткновенью их.Сия, природну желчь преобратив во сладость,В забавы вовлекла неосторожну младость;Вельможи, выгоде ревнующи своей,Соединилися, к стыду державы, с ней;И лесть надежные подпоры получила,От царского лица невинность отлучила.Гонима, истина, стрелами клеветы,Что делала тогда? В пещеры скрылась ты!Во смутны времена еще вельможи были,Которы искренно отечество любили;Соблазны счастия они пренебрегли,При явной гибели не плакать не могли;Священным двигнуты и долгом, и законом,Стенать и сетовать дерзали перед троном;Пороков торжество, попранну правду зря,От лести ограждать осмелились царя.
