— Что с тобой сегодня? — упрекнула ее Маргарет, когда они последовали за расстроенной продавщицей. — Я никогда не видела тебя такой раздраженной! Шарфики были просто великолепны.

— Дешевая машинная работа. Блеклые, невзрачные цвета. Нет, это не подойдет, — проворчала Виола.

— А, понимаю: они подошли бы для всех, кроме Грея Джонсона, — лукаво улыбнувшись, заметила Маргарет. — С тех пор как начала пользоваться его счетом, ты стала слишком капризной. Что за муха тебя укусила?

— Мне просто кажется нечестным тратить его деньги на безвкусные вещи… — Как и выходить… почти выходить за него замуж, мысленно докончила фразу Виола.

— С каких это пор ты стала так щепетильна в отношении желаний наших клиентов? Все эти подарки предназначены его сотрудницам. Если мистер Джонсон попросит тебя купить им всем лосьон от прыщей, покупай не раздумывая. Это же наша работа, надеюсь, не забыла?

Виола исподлобья взглянула на подругу.

— Я злюсь на себя за то, что согласилась на его предложение. Вся эта ситуация слишком необычна!

— И это говорит женщина, готовая встать на уши, лишь бы удовлетворить прихоти клиентов? Виола, ты совершала и более экстравагантные поступки, чем просто покупка подарков для кого бы там ни было. Ничего не понимаю. Чем ты так удручена?

Виола с несчастным видом посмотрела на блестящие безделушки, которые продавщица раскладывала на прилавке.

— Напрасно я связалась с этим Джонсоном. Он хочет от меня слишком многого. Маргарет взяла в руку изящно расшитый бисером кошелек.

— Честное слово, мне кажется, что тебе в конечном итоге все это понравится. Ведь тебя тянет к Грею Джонсону, только ты не хочешь этого признать.

— Меня вовсе не тянет к нему! — с негодованием возразила Виола.

— Тогда почему ты проявляешь к нему больше внимания, чем к прочим нашим клиентам?