Шарлотта взглянула на его красивую модную шляпу и, приподняв юбки, отшвырнула ее ногой в кусты.

— Ну уж нет, ваша светлость, — ласково произнесла она вдогонку. — Я просто жду, когда вы возвратитесь и мы поженимся, ведь я всегда любила вас издали. Думаю, это само собой разумеется.

Ага! Теперь она полностью завладела его вниманием. И все, что ей нужно было сделать, — это сказать правду, как бы неприлично это ни было. Хотя она была уверена: это единственное, чему Раф никогда не поверит.

— Черт побери! Я сражен наповал. Ты всегда была забавной девчонкой, не так ли? — улыбнулся он ей. — Но ты совершенно права, Чарли, и я прошу прощения. Это не мое дело, замужем ты или нет. Итак, теперь, когда мы наконец объяснились и я вполне убедился, что моя рана не смертельна, почему бы тебе не сказать, куда ты так спешишь?

Шарлотта собралась было ответить ему, но тут же закрыла рот. У Рафа и без того достаточно забот, не хватало ему еще узнать, как его сестры развлекались в течение многих месяцев.

— Я… я спешу скорее попасть в усадьбу. Я не знала, что будет так холодно, когда вышла из дому.

Похоже, ответ его удовлетворил.

— Они знают о моем приезде? — спросил он на повороте дороги, когда Ашерст-Холл наконец показался вдалеке. — Я писал Эммелине из Лондона, но мог опередить почту.

— Да… кстати, — сказала Шарлотта, сжимая руки в перчатках, — Эммелины сейчас нет здесь.

Она взглянула на Рафа, пытаясь сообразить, насколько он осведомлен.

— Она с мужем уехала в Озерный край. Это часть их свадебного путешествия.

Раф кивнул:

— С герцогом Уоррингтоном, да. Я справлялся о нем в Лондоне. Порядочный человек, по общему мнению. Но кто же тогда присматривает за сестрами?

«Хороший вопрос», — подумала Шарлотта.

— Ну, я, разумеется.

— Ты? Но ты сама еще почти девочка!