— Папа, — занервничала Иви, — заправить одеяло не значит накрыть меня.

— Нет? А что это означает тогда? — Он снова на мгновение почувствовал себя беспомощным.

Иви выпятила вперед нижнюю губу, ее темные брови сдвинулись вниз, девочка хмуро посмотрела на отца.

— Ты должен знать.

— Должен?

Хью проглотил ком в горле. Он не мог вспомнить, чтобы его отец когда-либо подворачивал ему одеяло. Обычно это делала мама...

— Извини, Иви. У меня никогда не было маленькой дочки.

Она повернула голову в сторону двери, которая вела в комнату Джо:

— Джо знает, что сделать.

— Ну ладно, — Хью вздохнул. — Просто... потому что... потому что у нее есть маленькие братья и сестры. — Но Иви продолжала дуться, и Хью добавил: — Я бы очень хотел подоткнуть тебе одеяло, как надо, дорогая.

— Не называя меня так.

— Почему нет?

— Она называла меня так.

— Кто? Джо?

— Нет. Горилла.

Конечно, Иви имела в виду Присциллу. Хью с трудом смог подавить улыбку.

— Обещаю так тебя больше не называть, — торжественно заявил он. — А теперь расскажи мне, как Джо заправляет тебе одеяло.

Иви погладила кровать.

— Она садится сюда.

— О да, конечно, — сказал Хью, присаживаясь на край кровати.

— И она рассказывает мне сказку, но ты не должен рассказывать сказку.

Хью почувствовал облегчение. Рассказывать сказки он не мастак. И внезапно его озарило: ему вовсе не нужно расспрашивать дочку, что и как делает Джо.

— Я, кажется, знаю, что ты от меня хочешь, — сказал он.

— Что? — спросила она. Ее зеленые глаза радостно заблестели.

Хью взял ее за руку.

— Я должен съесть тебя, начиная с кончиков пальцев. — Он шутливо зарычал и начал покусывать ее пальцы.

— Нет! Не надо меня есть! — восхищено завизжала Иви.

— Нет? Тогда я должен щекотать тебя? — предположил он, щекоча ее бока.