— Пожалуйста, позвольте проводить вас домой.

— Здесь, в Тортонбурге, у него нет права первой ночи, Рэйчел, — опять вмешался Креншоу.

Рэйчел задохнулась от гнева. Монтегю подчеркнуто медленно повернулся к Креншоу.

— Простите, я вас не понял.

— Кроме того, в газетах пишут, что женщины могут чувствовать себя в безопасности с тех пор, как умерла жена принца. Он же в трауре. Но я полагаю, люди уже заключают пари о том, кого ваши родители найдут для вас, сэр.

Монтегю оперся локтями на барьер и перегнулся через него с безразличным видом.

Рэйчел почувствовала, какая ярость скрывается за спокойствием Дэймона. Креншоу тоже понял, что перегнул палку, и испуганно сделал шаг назад.

— Я уже сказал, что не вижу тут ничего смешного. Мне редко приходится повторять. — Голос Монтегю был спокоен, но в нем явно слышалась угроза.

Креншоу быстро взглянул на Рэйчел, будто она была виновата в гнусной сцене, которую он устроил, и уставился на свои ботинки.

— Я ведь знаю Рэйчел с детства, мы практически одна семья. Вот почему я шутил с ней.

Рэйчел изумилась. Практически одна семья?

— Рэйчел, твой отец сказал, что ты хочешь найти работу. Канцелярская тебе подойдет? Я уверен, что мог бы найти здесь что-нибудь для тебя.

Рэйчел подумала, как это похоже на отца — даже не упомянуть, что она дипломированный специалист по составлению технической документации. И все из-за того, что он хотел видеть ее педагогом. Она рассчитывала получить вскоре контракт на работу по своей специальности и надеялась, что ее положение никогда не станет столь отчаянным, чтобы работать в ужасном полицейском участке, рядом с Креншоу.

— Спасибо, не надо, — твердо ответила она.

Креншоу бросил на Монтегю оскорбленный взгляд.

— Ладно, извините меня, Ваше Высочество. Если у вас нет ко мне больше вопросов, то я, с вашего разрешения, займусь делами.