Незнакомец покачал головой, и Люси впервые увидела на его лице слабую улыбку.

— Не мог. И пистолета не было. Он вас просто обманул. Я назвал бы его прирожденным авантюристом. Стоило ему увидеть, как вы выходите из ювелирного салона старого Холлидея, прижав к себе сумочку, и он сразу решил, что судьба милостива к нему и посылает ему счастливый случай. Вы ведь были не просто легкой добычей, а, как бы это сказать, сами шли ему в руки… Уверен, он поминает меня сейчас в самых недвусмысленных выражениях, ведь я вмешался и отнял у него дар, посланный небесами…

Люси бросила смущенный взгляд на его руки:

— Вы его здорово отделали.

— Надеюсь, челюсть заживет у него нескоро.

— Графиня будет очень, очень благодарна, когда я ей расскажу.

При этих словах он резко к ней повернулся:

— Похоже, графиня так же непрактична, как вы. И по-моему, ее нужно публично осудить за то, что она позволяет молодой женщине вроде вас заниматься продажей драгоценностей для нее. Почему бы ей не сделать это самой? Или могла бы кого-нибудь послать с вами.

— Но больше никого нет.

— Вы хотите сказать, — он откровенно изучал ее, — что живете с ней вдвоем?

— Не совсем вдвоем, у нас еще есть Августина, она о нас заботится… Августина живет с мадам многие годы. Но мадам уже старая и Августина тоже, она теперь едва поднимается по лестнице. Так что бегать по разным поручениям могу только я.

— Однако…

Люси уже заметила, что он немного похож на иностранца, и у него вдруг вырвалось восклицание, которое прозвучало для нее незнакомо, она не поняла на каком языке.

— Однако продавать драгоценности — не значит бегать по разным поручениям. Этим должен заниматься специалист или, по крайней мере, тот, кто знает толк в камнях. Старый Холлидей — человек абсолютно честный, но вас могли жестоко обмануть…

Люси покачала головой, на этот раз улыбнулась она: