Царь Агамемнон легкий корабль ниспустил на пучину,

        Двадцать избрал гребцов, поставил на нем гекатомбу,

310 Дар Аполлону, и сам Хрисеиду, прекрасную деву,

        Взвел на корабль: повелителем стал Одиссей многоумный;

        Быстро они, устремяся, по влажным путям полетели.

        Тою порою Атрид повелел очищаться ахейцам:

        Все очищались они и нечистое в море метали.

315 После, избрав совершенные Фебу царю гекатомбы,

        Коз и тельцов сожигали у брега бесплодного моря;

        Туков воня до небес восходила с клубящимся дымом.

        Так аргивяне трудилися в стане; но царь Агамемнон

        Злобы еще не смирял и угроз не забыл Ахиллесу:

320 Он, призвав пред лицо Талфибия и с ним Эврибата,

        Верных клевретов и вестников, так заповедовал, гневный:

        «Шествуйте, верные вестники, в сень Ахиллеса Пелида;

        За руки взяв, пред меня Брисеиду немедля представьте:

        Если же он не отдаст, возвратитеся — сам я исторгну:

325 С силой к нему я приду, и преслушному горестней будет».

        Так произнес и послал, заповедавши грозное слово.

        Мужи пошли неохотно по берегу шумной пучины;

        И, приближася к кущам и быстрым судам мирмидонов,

        Там обретают его, перед кущей своею сидящим

330 В думе; пришедших увидя, не радость Пелид обнаружил.

        Оба смутились они и в почтительном страхе к владыке

        Стали, ни вести сказать, ни его вопросить не дерзая.

        Сердцем своим то проник и вещал им Пелид благородный:

        «Здравствуйте, мужи глашатаи, вестники бога

335 Ближе предстаньте; ни в чем вы не винны, но царь Агамемнон!