— Как он смеет говорить обо мне в таком тоне? — возмутилась Мелинда, и на щеках ее проступил румянец. Когда она гневалась, то казалось, что глаза ее мечут молнии.

— Не обращай внимания! — рассмеялась Шарлотта. — Прости, что я рассказала тебе это.

Но что касается меня, то я была бы счастлива услышать подобные комплименты в свой адрес.

— Не сомневаюсь, что сегодня вечером ты их услышишь, — успокаивающе предположила Мелинда. — Так, платье закончено, и, знаешь, Шарлотта, оно идет тебе гораздо больше, чем любое другое из твоего гардероба.

— Мамочка всегда говорит, что ничто не может так выделять девушку на балу, как цвет ее платья, — согласилась Шарлотта. Она помолчала какое-то время, а затем добавила мечтательно:

— А интересно, капитану Перри нравится розовый цвет?

— Уверена, ты понравишься ему в розовом платье, — заверила ее Мелинда.

— Надеюсь, что так и будет, — с сомнением проговорила Шарлотта. — А лучше всего то, что ты, Мелинда, не собираешься быть на этом балу.

Раздался стук в дверь.

— Войдите! — пригласила Мелинда.

Дверь открылась, и показалась одна из молоденьких горничных в белоснежном накрахмаленном чепце, который слегка сбился набок.

С трудом переводя дыхание, она сообщила:

— Сэр Гектор желает, чтобы мисс Мелинда сейчас же спустилась к нему в библиотеку.

Обе девушки в ужасе посмотрели друг на Друга.

— Что мне теперь делать? — воскликнула Мелинда. — Шарлотта! Ты ничего не говорила ему о моем Огоньке?

— Разумеется, нет, — ответила Шарлотта, — я только дразнила тебя.

— Тогда почему он захотел увидеть меня в это время дня? — взволновалась Мелинда. — Это на него не похоже.

Она скользнула взглядом по часам над камином и отметила, что они показывали шесть часов пополудни.

— Ну, мне лучше всего уйти и начать готовиться к приему, — сказала Шарлотта. — Потом поднимись и расскажи, что он хотел от тебя. Уверена, что это не имеет никакого отношения ко мне.