Патанэ махнул рукой.

– Люди сюда работать приезжают. Смены очень тщательно подбираются. Между нами не может быть никаких противоречий, кроме научных. Видимся не часто, дежурства по скользящему графику. Видите, даже тренируемся врозь, побоксировать не с кем.

Он вскочил на ноги и меня поднял. Мы почти бежали по коридору, судя по направлению – в лабораторию связи.

– А теперь представьте, – кричал Патанэ на ходу, – механизм отлажен, как ходики с кукушкой, и тут появляется лишний винтик. Лучше уж тогда узнавать время по солнцу. Прошу сюда. Посидите, это не дыба, обыкновенный табурет... Ага, и получается, что все его почти ненавидят.

Он усадил меня на неудобную крутящуюся скамью, сам забрался по локти в зеленые квазибиологические схемы, что-то захныкало внутри, будто генератору драли больной зуб.

– Я и сам его первое время терпеть не мог, – голос Патанэ звучал глухо и невнятно. – Астахов всем мешал. Как привидение – бродит и бродит.

Патанэ вызвали по селектору, и он минут пять шептался с передатчиком. Что-то происходило на Спице, дрожал пол, метались огоньки индикаторов, антенна ССЛ за окном стреляла в небо оранжевыми молниями, которые тут же меркли, переходя в сверхсветовой режим. Я сидел, как неприкаянный, и чувствовал себя отвратительно. Представлял, как Астахов так же высиживал в лабораториях, дожидаясь, чтобы его послушали. Или просто заставлял слушать себя, что ему оставалось?

– Бывает же такое, – осуждающе сказал Патанэ, закончив передачу. – Хорошо, не каждый день... Представляете, Ким, метеорная атака. Прямо в Спицу. Так о чем мы говорили?

– Об открытиях, – сказал я.

Патанэ нахмурился. Он не помнил, чтобы мы говорили об открытиях.

– Вы тоже считаете, Евгений, что прогнозировать открытия бессмысленно?

– Конечно! Открытие, по-моему, как пришелец. Прилетел, рассказал, улетел. А мы послушали и не поняли. Так и здесь. Если серьезно: по-моему, гениальное открытие обязательно формулируется в несуществующих ныне терминах. Придите к питекантропу и скажите: "Знаете, дядя, странность лямбда-гиперонов может флуктуировать при возмущении метрики". Получите дубиной по лбу, вот и все. Как можно прогнозировать открытие тридцатого века, если в нашем языке и слов таких пока нет?