— Надеюсь, что ты прав.

Эдди посмотрел на графа, и у него возникло чувство, что тот что-то скрывает от него.

— Что ты узнал о Мелфорде, чего не знал еще вчера, когда мы разговаривали о нем за ужином?

Но графа трудно было застать врасплох.

— Я не говорю, что знаю о нем что-то, просто у меня нет никакого желания иметь в своих конюшнях лошадей, которые принадлежали ему, или принимать его гостеприимство, на которое не намерен отвечать.

— Да, если Мелфорд и раньше был богат, он, черт побери, стал еще богаче сегодня! — заметил Эдди.

Гости графа, вернувшись в дом, повторяли то же самое.

— Я заплатил чересчур много! — жаловался один из пэров. — Лучше бы я вовремя отступил.

— Предупреждал я вас, что надо сохранять головы ясными, — напомнил граф.

— Я так и хотел, — начал оправдываться пэр, — но бренди был так хорош, что, как ни стыдно мне это признать, я утратил волю. Черт бы побрал этого человека! Лучше бы я послушался вас, Пойнтон.

— Вряд ли можно винить Мелфорда за то, что он получил за своих лошадей хорошую цену, — заметил другой гость. — Что касается меня, так я очень доволен своей покупкой. Когда я выиграю на этой лошади Золотой кубок в Аскоте , вы все будете мне завидовать.

— Так же как и Мелфорд! — воскликнул кто-то, и все рассмеялись.

После роскошного, как всегда в доме графа, обеда гости перешли в гостиную, где уже были готовы столы для игр.

Гостей было больше, чем обычно, так как граф пригласил многих своих соседей.

Однако на следующий день всем предстояло участвовать в скачках, поэтому около полуночи гости разошлись, поблагодарив хозяина за приятный вечер.

— Полагаю, Пойнтон, вы завтра завладеете всеми призами, как обычно, — философски заметил на прощание один из гостей.

— Надеюсь, — ответил граф, — но аутсайдер нередко побеждает тогда, когда меньше всего этого ждешь.

— Молюсь, чтобы это была моя лошадь, — вставил кто-то, — но мои молитвы имеют ужасную привычку теряться где-то по пути к финишному столбу.