Мы с Хьюбертом сидели у меня в кабинете, когда появился Шеф. Восьмой по счету, он ничем не отличался от предыдущих семерых психов и тоже уверял, что это он совершил все злодеяния, включая и самое последнее. Вчера утром обнаружили растерзанное тело беременной Минди Фриберг — маньяк вырезал из нее плод.

От этого полоумного удалось отделаться. Мы сказали ему, что Шеф — вот он, в кресле сидит. (Имелся в виду Хьюберт.) Подействовало, как и в случае с безумцем номер три. Когда Хью выпроводил его и вернулся, я спросил:

— Чего тянешь-то. Пошел бы в полицию да сознался, и кончился бы этот цирк.

— Да надо бы... Б-боюсь, Рэй мне не поверит.

— И то верно.

— С-смотри, что я нашел з-за дверью, — и он протянул мне небольшой сверток. — Д-для С-санта-Клауса вроде бы рановато, — и закатился своим крякающим смешком, на который я не отреагировал.

Развязывая стягивавшую сверток бечевку и продолжая думать о только что посетившем нас безумце, я сказал:

— Скоро я окончательно возненавижу нашу свободную печать. Понимаю теперь, каково приходится нашему другу Рэю. От этих придурков и самому спятить недолго. Билли как специалист объяснил, что они признаются, чтобы снять часть вины, лежащей на всем нашем обществе. И первым делом прутся в полицию, а когда их выставляют оттуда вон, — ко мне.

Я снял оберточную бумагу, скомкал ее и швырнул в корзину, продолжая рассуждать вслух:

— Житья нет от шутников, от психов и от старушек, заметивших у себя за окном какую-то тень... Точно, я сам скоро...

И осекся. Это было похоже на лобовое столкновение на шоссе. Я забыл и про Хью, привставшего со стула, и вообще про все на свете. Я только смотрел на оказавшуюся у меня в руках банку. Там в зеленоватом маринаде рядом с огурчиками-пикулями плавало тельце человеческого зародыша.

Хьюберт, зажимая себе рот, метнулся к двери, а я все смотрел. Смотрел, когда попятился к телефону, смотрел, набирая номер капитана Тренкела, смотрел, дожидаясь, когда явится полиция. Поставил банку на стол и сел, не сводя с нее глаз. Вошедший Хьюберт достал носовой платок к хотел было прикрыть ее, но я перехватил его руку.