— Это вовсе не поводок. Если не хочешь отвечать на звонки, можешь просто отключить телефон.

— Со мной это было бы постоянно, — заулыбалась Ханна. Спор подходил к концу. — И если я не стану отвечать на звонки, зачем мне телефон?

— Андреа, кофе? — спросила Лайза, сигнализируя пустой кружкой.

— Нет, спасибо. Доктор сказал, что больше одной чашки в день мне нельзя. И я свою уже выпила.

— А как насчет стакана апельсинового сока?

— Неплохо бы, — Андреа улыбнулась Лайзе, а затем снова повернулась к Ханне. — Мне пришлось встать буквально на рассвете. Доктор Найт назначил осмотр на семь тридцать, он так занят.

— Семь тридцать, в общем-то, не совсем рассвет.

— А для меня — да. Кстати, я в полном порядке. Я отказалась от ультразвука. Не хотим знать пол ребенка до его рождения.

— До его рождения?

— Я так говорю из-за мамы. Она убеждена, что будет мальчик.

Ханна удивилась.

— А с чего она это взяла?

— Она говорит, что если живот круглый и выдается вперед, это мальчик. А если расплывается по бокам — родится девочка.

— Ну, это звучит как бабушкины сказки. Да и живот твой пока еще плоский как доска.

— Уже нет. Я просто одеждой это скрываю, но на мне уже ничего нормально не сидит. Как только Клер получит новую партию, я тут же начну носить одежду для беременных.

— Ты заказала одежду у Клер? — удивилась Ханна. Магазин Клер Роджерс «Моды бомонда» был по соседству с «Корзиной печенья», одежда там стоила недешево.

— Я знаю, что это влетит мне в копеечку, но Билл хочет, чтобы у меня было все самое лучшее. Он говорит, что, может, даже получится без налогов. И вообще, я же риелтор и должна хорошо выглядеть.

— Ты лучше обсуди это со Стэном. — Ханна едва сдержала смешок. Стэн Крамер был лучшим налоговым инспектором в Лейк-Иден и имел весьма либеральный взгляд на то, что должно облагаться налогом, а что — нет. Но Ханна сомневалась, что он пойдет на такие уступки.