— В чем дело, мама? Вы хотели меня о чем-то спросить?

— Скажи мне, — произнесла она хрипло и с тревогой в голосе, — ты действительно мой сын?

Приблизившись, он встал перед ней на колени, и огонек газовой лампы полностью осветил его черты. Леди Мальвина могла близко рассмотреть незнакомое худое загорелое лицо, прекрасный лоб и крупный нос с горбинкой, очень похожий на ее собственный.

У маленького Блейна, помнила она, глаза были темные. Но была ли им свойственна столь жгучая, блестящая чернота? Могли ли еще не сформировавшиеся черты того шестнадцатилетнего юноши послужить основой этому худощавому прекрасному лицу? Цвет волос и глаз, шрам под левым Ухом, высокомерный вид — это все. Какой-то абсурд: женщина родит в великих муках, а потом сомневается, ее ли это ребенок?

Но если это не Блейн, то кто он? И какова его цель?

Внезапно ее охватил страх. Она увидела не замеченные ранее жесткость в складках его рта и Угрюмо-злое выражение глаз. Чтобы как-то скрыть свою неуместную нервозность, леди Мальвина отрывисто проговорила:

— Закажи шампанское. Оно нам понадобится. Нужно повеселиться, отпраздновать. Приведи Амалию и Тайтуса. Мальчик должен присутствовать, даже если он уже в кроватке. Его хочет видеть бабушка.

Человек медленно поднялся с колен и, нагнувшись, прижался губами к горячему, покрытом мелкими морщинами лбу леди Мальвины.

— Благодарю вас, мама, — сказал он мягко и вышел.

ГЛАВА 4

Сара одевалась с большой тщательностью, стараясь предусмотреть каждую мелочь. Она должна была выглядеть как безусловно благородная, но обедневшая девушка. Правда, значительных трудностей у нее не возникло: все ее наряды были далеко не новыми.