Она вообще не понимала, с какой стати он принял приглашение ее матери, не он ли недавно заявил, что не намерен ни с кем общаться на острове?

Эми нетерпеливо посмотрела на часы и пробурчала:

— Если наш гость не приедет в самое ближайшее время, он рискует остаться без ланча.

— Я уверен… — Тед не договорил: послышался звук подъезжающего автомобиля. — А вот и он. Пойду переоденусь во что-нибудь поприличнее. — Он покосился на свои запачканные землей джинсы и, пробормотав: — А то твоя мама будет мной недовольна, — ушел, насвистывая.

Теперь, когда отец переодевается, а мать сидит на диване в гостиной, вытянув больную ногу, открыть гостю редко используемую парадную дверь могла только Эми. Никто не помнил, когда и почему так сложилось, но островитяне обычно пользовались черным ходом, через него же в дом впускали гостей, а парадные двери открывались только в особых случаях. Вот и сейчас, прежде чем отпереть парадную дверь ключом, Эми пришлось повозиться с запертым на болты засовом. Наконец дверь со скрипом открылась.

— Я что, попал в королевскую сокровищницу? — насмешливо поинтересовался Роберт Харгривс.

О том, что это именно он, можно было догадаться только по голосу — от пояса и до макушки он был скрыт огромным букетом.

— Очень смешно, — пробурчала Эми, отступая в сторону. Запирая дверь, она добавила: — Но на будущее хочу вас попросить пользоваться черным ходом.

Букет опустился, и над ним показалась голова Роберта.

— Прошу прощения за беспокойство.

По сравнению со вчерашним днем он изменился, он не выглядел ни усталым, ни мрачным, и от этого казался еще более привлекательным. Опасно привлекательным, решила Эми. Взгляд серых глаз потеплел, скульптурно вылепленные губы сложились в улыбку.