— Мы туда едем? — спросила Каран своего провожатого.

— Да, да, сеньорита, — заверил он ее.

Извилистая дорога тем временем вела их вниз, к побережью, и ехали они в нужном направлении, однако к виллам, думала Каран, должен был быть другой, более удобный подъезд.

В конце концов дорога привела их густыми зарослями кустарника, олеандров и юкк, блестевших от недавно прошедшего дождя, к внутреннему дворику крошечной виллы.

Виченте бросил ее чемоданы у входной двери.

— Это и есть ваша вилла? — спросил он.

— Да, — в растерянности ответила она. — Спасибо, что подвезли. — Она протянула ему двадцать песет, что явно было гораздо больше, чем он ожидал, и он с улыбкой и многочисленными словами благодарности повернулся и исчез за кустами, словно рад был поскорее выбраться отсюда.

Как она ни рассматривала фасад здания, нигде не было таблички с названием виллы, хотя ей сказали, что ее домом будет «Радость» — первая вилла от дороги. Ну что ж, по крайней мере, эта была точно ближайшей к дороге. Миссис Парментер говорила ей, что пожилая женщина, Мануэлла, которая живет в сторожке неподалеку, отдаст Каран ключи от всех владений, но здесь ее никто не ждал, может быть, потому, что она не приехала вчера вечером.

Каран осторожно потянула за ручку входной двери и с облегчением обнаружила, что дверь не заперта. Войдя в дом, она оказалась в небольшом коридоре, который вел в довольно просторную комнату. Повсюду царил беспорядок: книги и бумаги, недопитые бутылки с вином громоздились на подоконнике, там же были брошены апельсины и хлебный нож.

Этот дом был явно не тем, в котором ей предстояло жить. Внезапно Каран припомнила, как миссис Парментер говорила, что у нее есть один постоянный жилец, некто мистер Элдридж, и, вероятнее всего, сейчас она находилась на его вилле.