— Леди так капризна?

— Леди просто разборчива.

— Вероятно, у нее непостоянный характер и она просто не знает, чего хочет, — предположил Майлс.

— Вряд ли причина в этом, милорд. После смерти своего отца и исчезновения дяди, который был наследником состояния брата, на плечи леди Элиссы, которой в то время исполнилось всего девятнадцать лет, легли все заботы об аббатстве Грейстоун.

— Ты неиссякаемый кладезь сведений, Блант.

— Благодарю вас, милорд.

— Итак, леди красива, умна и независима, — подытожил Майлс. — Опасное сочетание для женщины.

— Может быть, милорд.

— Женщины должны выходить замуж, чтобы спастись от беды.

— И леди Элисса — не исключение, — дерзко перебил Блант.

— Не заводи опять волынку про женитьбу! — предупредил Майлс, с упреком глядя на спутника.

Он считал себя разумным человеком, но с недавних пор одного упоминания о женитьбе было достаточно, чтобы превратить его в раздраженного бездумного сквернослова.

— Нельзя же вечно избегать этой темы, — возразил Блант, уставясь на проселочную дорогу, которая изгибалась перед ними, подобно черной бархатной ленте.

— Можно.

— Только если вы решили, что в один прекрасный день ваше фамильное поместье и титул достанутся чужому человеку.

— Ты решил не выбирать выражений? — осведомился Майлс.

— Я стараюсь так делать, милорд.

Внезапно Майлс обнаружил, что почти оправдывается:

— Я подумаю об этом. Когда-нибудь в другой раз.

— С годами вы не становитесь моложе, милорд.

— Всего минуту назад ты уверял, что старость мне еще не грозит. А теперь пытаешься убедить, что я уже одной ногой стою в могиле, — мрачно напомнил Майлс.

— Вам тридцать лет, милорд.

— Я прекрасно осведомлен о собственном возрасте, Блант.

— Даже два ваших лучших друга женаты.