Элис осторожно опустила рюкзак на пол. Распрямляясь, метнула быстрый взгляд в сторону железной двери… Херувим усмехнулся.

— Я бы не рисковал, милая. Ты можешь оказаться быстрее меня — но не пули.

— Эд, я просто хочу уехать…

— Как я тебя понимаю! Сам бы с удовольствием смотался из этого паршивого города. Увы. Долг зовет, все такое… Что до тебя, то Оуэн был категоричен. Он без тебя не может. Кстати, давай не пойдем по лестнице, а? Я ведь уже нашел тебя, так что можно сесть в лифт.

Они вышли на восьмом этаже и сели в лифт. Когда двери бесшумно сомкнулись, Херувим нервно облизал тонкие губы. А ведь ты боишься, с изумлением подумала Элис. Чего ты боишься, Херувим? Меня? Исключено. Тогда…

Свет мигнул, погас на мгновение, вспыхнул снова, уже не обычный желтый, а дежурный голубой. В этом призрачном освещении физиономия Херувима приобрела совершенно адское выражение. Лифт дернулся и замер. Херувим уставился на Элис и прорычал:

— Это твои штучки?!

— Ты сбрендил? Лифт сломался, это бывает…

— Ты нажала кнопку! Ты что-то сделала, тварь!

Брызги слюны слетали с бледных тонких губ, на впалых щеках загорелись темные полосы лихорадочного румянца. Херувим совершенно очевидно впал в неистовство, и тут до Элис дошло: он боится замкнутых пространств! Клаустрофобия это, вот что!

Утешением это никак служить не могло. Даже слабая женщина, охваченная паническим ужасом, может стать опасной, а уж штатный наемный убийца в невменяемом состоянии — это нечто. Херувим метался по кабине, бил рукояткой револьвера в двери, жал на все кнопки, сыпал проклятиями. Элис сжалась в углу кабины.

— Эд, не надо так кричать… Здесь часто так бывает, надо просто немножко подождать…

— Я не собираюсь ждать, поняла?! Нам надо выбираться отсюда. Иди сюда. Иди сюда, кому сказал?!

Она покорно подошла к нему, и Херувим заставил ее сцепить пальцы в замок. Элис робко подняла голову. Так и есть, во всех фильмах это показано. Люк в потолке, его можно открыть, выбраться на крышу…