Он все сделал: рассказал, что мог, или, вернее, что, по его мнению, ей необходимо было знать о двоюродном брате, а потом следовало спровадить ее обратно на парусник или в мотель — это уж как ей захочется.

Предложив Эмме располагаться в любом месте кают-компании, Харлан отправился на маленький камбуз. Главный камбуз находился на один уровень ниже, рядом с каютой для шеф-повара, а в маленьком камбузе было только самое необходимое — небольшой холодильник, микроволновая печь, генератор пищевого льда и утварь для приготовления закусок и напитков.

— Вино? Пиво? Шампанское? Что-нибудь покрепче, чтобы «Прелестница» казалась более приятной на вид?

Эмма посмотрела на него, словно не веря, что он шутит, под ее взглядом все его шутки казались неудачными.

— Нет, спасибо, — ответила Эмма и, взглянув искоса, спросила: — Вы предлагаете шампанское каждому случайному гостю?

Харлан забеспокоился: уж не думает ли она, что он собирается заигрывать с ней? Потом решил, что, вероятно, она имела в виду не принадлежащую ему выпивку, которой он угощает.

— У парня, который владеет этим судном, не бывает случайных гостей.

— Видимо, он крупная шишка.

— Да, — ответил Харлан кратко, не желая вдаваться в подробности, и, заглянув в холодильник, спросил: — Хотите газировки?

— Если без кофеина, то с удовольствием.

Харлан кивнул и вытащил две жестяные банки.

— Вам не обязательно было меня приглашать, — сказала Эмма.

— Думаете, вы мешаете моему ночному кутежу? — спросил Харлан, ставя банку рядом с ней.

— Нет, я просто имела в виду…

— Не обращайте внимания, — произнес Харлан, когда ее голос замер. — К слову, ваш двоюродный брат мог выпить больше меня, сохраняя самообладание.

Эмма притихла, и Харлан почувствовал вину за то, что позорил образ ее двоюродного брата. Она сидела, гладя рукой плюшевую подушку сидения, словно пытаясь понять, что это за материал.