Впереди меня, справа, из-за скал доносилось журчание воды, оно казалось ближе и громче, чем шум реки подо мной. Похоже, это был боковой приток, падающий с более высоких скал и вливающийся ниже в основное русло.

Я прошла вперед и увидела его. В том месте, где скала была разрушена, сверху струился небольшой ручеек. Он стремительно пересекал тропинку, образуя водоворот вокруг камня, положенного для перехода через поток, и вновь с головокружительной скоростью обрушивался вниз, по направлению к реке. Я не стала переходить через ручей. Вместо этого сошла с тропинки и, не без труда вскарабкавшись вверх по валунам, окружавшим приток, выбралась на залитый солнцем открытый участок у края лощины.

Через несколько минут я нашла то, что искала. Взобравшись на груду разбросанных в беспорядке белых каменных глыб, поросших маками, я очутилась на небольшой каменистой площадке, окруженной вздымающимися вверх скалами. С южного края площадка была открыта, и перед моим взором предстали головокружительный спуск вниз и мерцавшее вдали море.

Осмотревшись, я увидела полянку асфоделей, заросли папоротника у самой воды, одно-два деревца рядом с отвесными скалами, а в расселине высокой скалы — сам ручей, струящийся среди зелени и образующий тихую запруду под яркими лучами солнца, прежде чем нести свои воды дальше, через маковое поле у края ущелья.

Я сбросила сумку с плеча и поставила ее среди цветов. Потом опустилась на колени у заводи и погрузила ладони в воду. Солнце припекало мне спину. Момент необузданного восторга прошел, счастье уже не било через край — осталось лишь ощущение глубокого физического удовлетворения.