Он замер. Ее неожиданная проницательность, прозвучавшие слова о любви были жестоким напоминанием о том, что в его жизни давно нет места радости и душевному покою. И еще его несколько испугало то, что она так быстро обрела присутствие духа и уверенность в себе.

Брюс вдруг отчетливо осознал, что чем дольше они будут вместе, тем труднее ему будет противостоять ее уму, женской силе и привлекательности.

— Ты набиваешь себе цену. Не теряй времени даром.

— Я не согласна, но думай как хочешь. — Она вздернула подбородок и расправила плечи. — Спасибо за то, что спас меня. Извини, что не смогла сделать то же для тебя, когда тебя обвинили в преступлении, которого ты не совершал.

Пораженный ее смелостью, он в замешательстве подкинул еще одно полено в камин. Стряхнув с ладоней кусочки коры, выпрямился и поймал ее взгляд. Лицо Клэр было печальным, но он не позволил себе смягчиться и проявить сочувствие.

— Прибереги признательность и жалость для кого-нибудь другого.

— Я не жалею тебя, — возразила Клэр. — То, что я чувствую, это сожаление.

— Ну и как же ты собираешься со мной расплачиваться? — Он вновь нацепил маску циника.

— За что? — недоуменно нахмурилась Клэр.

— За спасение твоей жизни, естественно. За что ж еще? В таких случаях по обычаю некоторых народов ты была бы по гроб жизни моей должницей. Забавно, не правда ли?

Клэр непроизвольно метнула испуганный взгляд на дверь. Брюс взглядом хищника наблюдал за ней. Она напоминала ему мышку в лапах голодного кота.

— Что, пути к отступлению отрезаны, да? Больше нет желания порассуждать на психологические темы? — Он продолжал стоять у камина, глумясь над ней.

Клэр разозлилась и оскорбилась, он видел это. Она гневно пересекла комнату, схватила с кухонной стойки сумочку и выхватила из нее кошелек. Сколько огня, сколько вызова было в ее действиях! Брюс еще раз убедился, что она тоже сильно изменилась за эти годы.