– Напротив, дорогой Алессио. Я сосредоточился на более важных вещах.

Алессио ничего на это не ответил, а Лаура сидела с пылающим лицом и желала только одного – провалиться сквозь землю.

Синьора, которая подобно каменному изваянию застыла в углу дивана, вдруг заявила, что хочет посмотреть новости по телевизору. Поскольку Лаура ничего не могла понять из того, что происходило на экране, то стала следить за шахматной игрой между кузенами. Она не очень хорошо разбиралась в шахматах, но тем не менее ей было ясно, что Паоло грозит мат.

– Я плохо себя чувствую, – капризным голосом заявил он, сдаваясь. – Попрошу Эмилию приготовить травяной настой и принести мне в спальню. – Он отодвинул стул, встал и поцеловал Лауру в щеку. – Спокойной ночи, милая. Если я высплюсь, то завтра мне станет лучше, и мы сможем куда-нибудь поехать. В Ассизи, например.

Лаура с вымученной улыбкой пробормотала, что это будет замечательно.

Паоло поцеловал матери руку и ушел. Алессио заново расставил на шахматной доске фигуры и спросил у Лауры:

– Не хотите сразиться с победителем?

– После того как вы разделались с Паоло, я не рискну. Вот мой младший брат был бы достойным противником. Он уже в шесть лет стал чемпионом школы.

– Ваш брат? – неожиданно вмешалась синьора. – Я думала, что у вас нет ни братьев, ни сестер.

Лаура поздно вспомнила, что они с Паоло договорились о том, что она не только единственный ребенок, но к тому же сирота. Завтра утром первое, что должна сделать, – это предупредить его о своих неосторожных словах. А пока что она сказала:

– Странно, что вы так подумали, синьора. Вероятно, вы приняли желаемое за действительное. – Она помолчала. – А теперь, если позволите, я вас покину. День выдался долгий, а мне еще предстоит преодолеть лабиринт коридоров.

Алессио встал и, подойдя к камину, потянул шнур звонка. Почти тут же появился Гильермо.