— Андреас… — умоляюще простонала она, когда он наконец дотронулся до наиболее жаждущей его ласки точки.

— Я больше не в состоянии… — отрывисто произнес изнемогающий от желания Андреас. Никогда прежде ему не доводилось испытывать столь острое возбуждение.

Всепобеждающая инстинктивная потребность полностью подчинила себе Хоуп, достигнув своего пика. Лицо Андреаса расплывалось перед ее глазами. Два тела слились воедино. С глухим стоном он проник в горячую, жаждущую наслаждения плоть, встретив неожиданное сопротивление.

— Ты девственница? — в шоке спросил он.

— Не останавливайся, — прошептала Хоуп, обвивая его руками.

Андреас, повинуясь, провел ее через краткую боль и обучил быстрому и неистовому ритму, естественному, как сжигавшее их желание. Вскоре благодаря его ласкам Хоуп познала вершину доселе неизведанного экстаза. Обессилено лежа в полумраке и постепенно возвращаясь к реальности, она ощущала себя глупой, умиротворенной и одновременно очень счастливой.

Золотистые глаза с нежностью смотрели на нее. Заботливо закутав девушку в пальто, Андреас заключил ее в объятия и поцеловал в бровь,

— Ты так прекрасна… Но ты должна была предупредить меня, что я стану твоим первым мужчиной.

— Это мое дело, — пробормотала Хоуп, уткнувшись лицом в его плечо.

— Но теперь это и мое дело, — заявил Андреас, пальцами приподнимая подбородок Хоуп и глядя в ее озаренное костром лицо. — Думаю, в очень скором времени ты переедешь в Лондон и я стану твоим постоянным любовником.

— Почему я должна сделать это? — задала вопрос она, хотя глаза ее искрились от радости.

Чувственный рот Андреаса изогнулся в самоуверенной усмешке.

— Потому что ты не сможешь отказаться от моего предложения.