Голос маркизы стал резким, когда она продолжила:

- Ни одна женщина с хорошим происхождением, обладающая хоть каким-то чувством собственного достоинства, не говорила бы подобные вещи, и я не могу выносить этого, раз затронуто твое имя.

Она помолчала немного и добавила:

- Я не могу допустить, чтобы твою репутацию порочила столь надоедливая и болтливая женщина. Когда я была девушкой, считалось недопустимым обсуждать подобным образом любовные истории.

- Сейчас тоже! - согласился маркиз, подумав при этом, что вся эта история с леди Максвелл определенно была ошибкой.

Эта мысль пришла ему в голову еще вчера ночью.

Он понимал теперь, что должен был расстаться с ней давным-давно, когда она только начинала афишировать их отношения на публике.

Маркиз, однако, слишком привык к обожающим взглядам женщин.

Он и правда был обманут красотой леди Максвелл и думал, она будет вести себя так, как предполагалось, должна себя вести любая светская женщина в подобной ситуации.

С той самой минуты, когда она стала нарушать так называемые приличия, ему следовало отойти в сторону.

Вместо этого он начал увещевать ее.

И не смог сопротивляться, когда она выказала ему свое обожание со всей страстью, в которой нельзя было усомниться.

- Я люблю вас, я люблю вас. Вернон! - повторяла она много раз. - Как можете вы быть таким чудным, умным, со столь блестящими способностями и при этом оставаться простым смертным?

Невозможно было не поверить в ее искренность, столько чувства заключалось в ее словах.

А какой прекрасной она выглядела в этот момент!

И вместо того чтобы предупреждать ее об осторожности и осмотрительности, он лишь поцеловал ее.

А теперь, когда он меньше всего ожидал этого, подобное поведение леди Максвелл побуждает его мать предпринимать столь поспешные и опрометчивые шаги.