Маркиз не отвечал.

Он просто вернулся к ее кровати и сел там, где сидел прежде.

- Вы, бесспорно, дали мне повод для серьезного размышления, мама, сказал он, - но сейчас я хочу, чтобы вы подумали о себе. Вы должны неукоснительно слушаться сэра Вильяма, и я попрошу его сообщать мне о результатах его осмотров. Я буду очень сердит на вас, если вы начнете делать слишком много, или станете излишне уставать.

- Я не буду, - пообещала маркиза, - но мне бы хотелось чувствовать себя достаточно хорошо, чтобы встать и развлечь принцессу, а ты должен обещать мне освободиться от всех обязательств на ту неделю.

Она остановилась, потом добавила:

- Когда она переедет в твой дом, тебе необходимо будет пригласить всех твоих знакомых, чье общество подходит ей.

Маркиз не отвечал.

Он просто представил, что большинство его друзей, подобно ему самому, найдет общество Виттенбергов скучным.

Он поцеловал мать.

- Уверен, вы позаботились, чтобы мне накрыли внизу ленч, - сказал он, - а я пойду пройдусь и взгляну на сад, заодно проверю хорошо ли садовники снабжают вас овощами и фруктами.

- Они все ждут не дождутся тебя, мой дорогой, - сказала ему мать, - и не забудь навестить миссис Виггинс на кухне. Она будет очень расстроена, если ты уедешь, не заглянув к ней.

- Я хорошо помню миссис Виггинс, - улыбнулся маркиз. - Она часто готовила мне восхитительные хрустящие пончики, когда я был мальчишкой.

Маркиза рассмеялась.

- Полагаю, ты их получишь во время ленча. Миссис Виггинс никогда не забывает твое любимое кушанье.

Маркиз снова поцеловал мать и направился к двери.

Спустившись по лестнице, он вышел в парк и прошел через зеленую лужайку, которая спускалась к реке.

Линворт думал, что даже от самого ярого своего врага не мог бы получить известие, более ужасное, чем то, которое приготовила ему мать.