Не могло быть никаких сомнений в том, как глубоко его трогала судьба Эрики; в противном случае Элли не оказалась бы здесь.

– Она очень привязана к тебе. У вас похожие карие глаза, у нее и губы как у тебя. Она могла бы быть твоей дочерью.

Марк засунул руки в карманы брюк и качнулся на каблуках. Элли так долго работала с ним, что хорошо могла определить признаки подступающего гнева.

– Как бы то ни было, она не моя дочь. Да, мы с Мэттом похожи, но у нас было не так уж много общего. Мы оба – сыновья Натаниэла Хартмана, но Мэтт унаследовал много черт от матери. Ему всегда хотелось поскорее вырасти, жениться и иметь детей. В отличие от меня.

Слова Марка стали неожиданностью для Элли.

– Ты не хотел детей? Но ведь ты был женат.

Некоторое время Марк рассеянно смотрел на нее, а потом взял у нее Эрику. Ему требовалось создать дистанцию между ним и Элли.

– Женитьба тут ни при чем. Патрисия знала, что я не хотел детей, и это ее устраивало. К тому же она не могла стать матерью...

Сердце Элли замерло. Она сделала глубокий вдох. По-видимому, она затронула больную струну в душе Марка.

– Но сейчас, когда у тебя появилась Эрика, разве ты не задумываешься о том, чтобы завести собственных детей?

Марк еще не успел ответить, как Элли уже поняла, что заданный ею вопрос был ошибкой.

– Элли, давайте внесем ясность: Эрике я прихожусь дядей. Мэтт доверил ее мне, и она ни в чем не будет нуждаться. Что же до моего собственного семейного положения, то в моих взглядах ничего не изменилось. Мне ничего не нужно.

Сердце Элли сжалось, когда Марк осторожно передал ей Эрику и вышел из комнаты.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

– Надеюсь, комната тебе понравится, – сказал Марк.

Элли быстро повернулась к нему, и Эрика у нее на руках вскрикнула от восторга.