– Я вижу, ты уже готова встретить меня.

Элли подумала о том, что была готова встретить его... уже два года назад. Но больше она ничего не успела подумать. Марк прилег, приподнялся на локтях и устроился между ее раздвинутых бедер. Она закрыла глаза, но Марк прошептал:

– Открой. Я хочу все время смотреть на тебя, Элли. Видеть твой ответ на мою любовь.

Элли открыла глаза и обвила руками шею Марка. На его лбу выступил пот.

– Ничего не бойся. Продолжай, девочка.

И она продолжила.

Она сделала глубокий вдох, когда он вошел в нее, и на этот раз его уже не удерживали никакие барьеры. Он проникал в нее все глубже, дюйм за дюймом, прорывался, наполнял ее собой. Она почувствовала боль, постаралась, чтобы гримаса ее не выдала, но знала, что это ей не удалось. А когда в уголке ее глаза появилась невольная слеза, Марк остановился.

Элли поняла, о чем он подумал. Глядя ему в глаза, она прошептала:

– Не останавливайся. Вспомни про обещание.

Марк глубоко вздохнул и продолжил медленное движение внутрь.

– Ты в порядке?

А потом что-то случилось. Что-то взорвалось в ней. Ей захотелось закричать, но она сдержалась, так как крик разбудил бы ребенка. Поэтому она только стонала и металась, и из ее горла вырвалось:

– Марк!

– Все в порядке, девочка, расслабься. Я все время с тобой.

Она знала, что это так.

Он содрогнулся – раз, другой, третий, затем выговорил ее имя, и его голос больше походил на стон.

А когда его губы опустились к ее губам, радость от того, что происходит между ними, вызвала слезы на ее глазах. Она знала, что будет любить Марка Хартмана всегда, что бы ни случилось.

Ночью Марк проснулся и посмотрел на женщину, уютно устроившуюся около него. После любви он на руках отнес Элли в ванную. Когда он касался губкой ее тела, Марка переполняло торжество, вызванное тем, что теперь эта женщина – его.

Затем он вытер ее и надел на нее ночную рубашку. Когда Элли сделала шаг к двери, он взял ее за запястье и крепко поцеловал, чтобы показать ей, как она ошибается, и снова подхватил на руки.