Итак, пожелаю ей спокойной ночи и уйду, подумал он и обнаружил, что поднимается на террасу. Не ожидая приглашения, он подошел к качелям, на которых когда-то просиживал часами, прокручивая в голове сюжеты. Один или два из них он потом испытал на себе лично, а о некоторых только написал.

— Мне лучше остаться здесь, пока с меня не перестанет капать. Тогда можно будет перебраться в соседний дом. Иначе этот огнедышащий дракон в юбке просверлит, то бишь, прожжет мне затылок. Она вообще ненавидит мужчин или только меня?

— По правде говоря, миссис Маунтджой не дракон. Просто в последнее время в связи со свадьбой у нее много забот. Вот и все. Мать Чарлза приедет ей помогать.

Кейн кивнул и мягким движением чуть толкнул качели. Звуки летней ночи, запах сырой земли и недавно скошенной травы, скрип ржавых цепей раскачивавшихся качелей — все слилось воедино и вызвало в нем новую волну воспоминаний.

— Когда я учился в старшем классе, у меня была собака. Выловил ее в пруду. Я называл ее Джинджер.

Рори пробормотала что-то подходящее к случаю; большего от нее не требовалось, он, скорей, рассуждал сам с собой.

— Помню, как тайком, когда мама ляжет спать, я втаскивал Джинджер на чердак. И потом, если ей там надоедало, выпускал ее через окно на крышу террасы, и она сползала вниз по решетке для глициний. Умнейшая была дворняга.

— Что с ней случилось?

— Попала под грузовик через год после того, как я уехал в школу.

И он оплакивал ее. Рори могла дать голову на отсечение. Он, наверно, и тогда уже был высокий и широкоплечий, с такими же резкими мужскими чертами, только еще не загрубевшими, и он горько плакал по дворняжке Джинджер, выловленной в пруду.