Она последовала за ним в дом. Он нашел в сумке то, что искал, и протянул ей простую ночную сорочку.

— Ни кусочка шелка или кружева, а край даже ниже колена. Одобряешь?

Она осталась довольна.

— Иногда ты удивляешь меня, Грэй. Она великолепна. — Взяв рубашку, Мэрайа пошла в ванную.

Грэй наблюдал за колыханием ее бедер, думая о том, что бы она сказала, если бы узнала, что он также купил ей красную шелковую кружевную рубашку, о предназначении которой гадать не приходилось. Улыбка тронула его губы. Он приберег ее на то время, когда она, наконец, придет в себя и поймет, что они принадлежат друг другу.

Мэрайа вышла из ванной.

— Где я сплю?

— Ты прекрасно знаешь то место, где я хотел бы, чтобы ты спала.

В его объятиях, свернувшись, словно теплый довольный котенок. Дыхание ее щекочет его грудь, благоухание, смешанное с чисто женским запахом, окружает ее. А среди ночи руки ее начинают исследовать его тело, ласкать его живот, вниз по бедрам, пока не коснутся его набухшей плоти…

— Мы не заснем, — проговорила Мэрайа хрипло, прочитав его мысли.

Учитывая возбуждение, которое ему не удалось смирить в джакузи, она была права.

— А это будет плохо?

— Мы заключили договор, Грэй, но даже не выполнили первого условия, не говоря уже о втором.

— Мы поговорим, — пообещал он глухим расстроенным голосом. Обойдя диван, он схватил ее за руку и повел к спальне. — У нас еще два дня, чтобы поговорить обо всем.

— Спокойной ночи, Грэй.

Не нравилось ему, что им пренебрегали. Ему предстоит бессонная ночь, а она будет крепко спать. Одна.

Поддаваясь желанию, он запустил руку в ее волосы. Губы ее приоткрылись, и глаза широко распахнулись. Он собирался украсть поцелуй! В последнюю секунду она повернула голову, и его губы скользнули по подбородку Мэрайи.

— Грэй, нет, — произнесла она прерывающимся голосом.