Мэган была очарована. Очарована, окутана волшебством. Как только они вошли, Кайл зажег лампу, и Мэган показалось, что они очутились в пещере Аладдина. Она не смогла сдержать вздох восхищения. Внутри были мольберты, коробки с красками, холсты. В воздухе витал запах скипидара, туши, древесного угля и дерева.

У одной из стен стояли законченные картины, большие и маленькие, и Мэган вытянула шею, чтобы хоть одним глазком взглянуть на них. Она так хотела увидеть работы Кайла… Возможно, по картинам она сможет лучше понять этого человека?

С безмолвным восторгом смотрела она, как он относит мольберт к открытому окну, устанавливает его так, как считает нужным, достает натянутый загрунтованный холст. Внезапно он обернулся и улыбнулся ей.

— Не знаю ваших привычек, — заговорил Кайл, но мне лучше работается, когда комната наполнена свежим воздухом.

Сердце Мэган сжалось от волнения. О господи, как много времени прошло с тех пор, когда она рисовала в последний раз! Способна ли она теперь изобразить хоть что-то? Только бы справиться с нервами!

Будучи замужем за Ником, Мэган все делала по указке мужа, жила в постоянном страхе его неодобрения.

Когда они разошлись, она поклялась, что больше никогда не станет жертвой тирании. Однако ее собственная тирания была куда хуже.

— У вас есть свой способ смешивать краски или хотите, чтобы это сделал я? — Кайл подвез к мольберту столик на колесиках с открытыми тюбиками и баночками, рядом с ними лежали соболиные кисти разной толщины.

Даже если Мэган за свою жизнь не нарисовала ничего значительного, то способ смешивания красок знала превосходно. Дома у нее лежали три очень хорошие книги по вопросам живописи. Ее любимое занятие — чтение их на сон грядущий, все-таки она провела в художественном колледже шесть месяцев.