- Я и не знал, что так сразу выдаю себя, - ответил Баннер.

- Все в порядке, - успокоил его Петтерсон. - Акцент не режет слух. Просто бостонский.

- А почему вы не пошли в Гарвард? - спросил Оливер.

- Я думаю, что ты слишком далеко зашел, - сказал Петтерсон.

Баннер хихикнул. Ему казалось нравилось это интервью.

- Отец сказал, что мне лучше уехать подальше от дома, - сказал он. Для моего же блага. У меня две сестры, я младший в семье, и отец считал, что на мою долю выпадет гораздо больше любви и внимания, чем следует. Он хочет научить меня, что мир вовсе не то место, где пять обожающих тебя женщин в любое время готовы броситься тебе на помощь.

- И что вы намереваетесь делать, когда закончите колледж? поинтересовался Оливер. Он явно симпатизировал юноше, но вовсе не собирался из-за этого пропустить информацию, которая могла бы влиять на способности молодого человека.

- Собираюсь работать в дипломатической службе, - сказал Баннер.

- Почему? - удивился Оливер.

- Путешествия, - объяснил Баннер. - Далекие страны. Начитался "Семь столпов мудрости" в шестнадцать лет.

- Сомневаюсь, что вас призовут на такие подвиги, - сказал Петтерсон, - как бы вам ни удалось выслужиться в департаменте.

- Конечно, не в этом все дело, - сказал Баннер. - У меня такое чувство, что что-то должно произойти в ближайшие несколько лет, и мне хочется быть в курсе происходящего. - И он самокритично засмеялся. Трудно рассуждать о том, чему собираешься посвятить свою жизнь не становясь при этом напыщенным, правда? Я представляю себя сидящим в утреннем одеянии за столом собрания и говорящим: "Я отказываюсь отдавать Венесуэлу".

Оливер посмотрел на часы и решил перевести разговор на более практическую тему.

- Скажите, мистер Баннер, - сказал он, - вы занимаетесь спортом?

- Немного играю в теннис, плаваю, катаюсь на лыжах...

- Я хотел спросить, вы в какой-то команде? - уточнил Оливер.