Может, потому, что он так ясно вспомнил Джейн в постели. В любви она была игрива, соблазнительна и невероятно щедра.

Они переступили черту в день святого Валентина, после поп-концерта в Ордвее и обеда у Фонтена. Они возвратились в бэроновскую квартиру, переполненные смехом и дорогим «Шардоннэ». Получился восхитительный десерт.

Насколько он мог припомнить, это была ее идея — она всегда все устраивала по-своему.

Ему было трудно относиться к Джейн как к взрослой женщине, и недели две назад он сделал то, что, по его мнению, должен был сделать, — окончательно и бесповоротно порвал с нею.

Пока Грег предавался раздумьям, Ниблинг продолжал разглагольствовать:

— Всего за одно утро, мистер Бэрон, эта вызывающая…

— Я не делала ничего вызывающего! — возмутилась Джейн.

Может, нарочно и не делала, уныло подумал Грег, но какого мужчину не вывели бы из равновесия ее прелести? Можно только удивляться, что до сих пор обходилось без столкновений.

Между бровями у Грега пролегла морщинка. Обязательно нужно было выбрать для скандала именно тот день, когда Сэр перезаряжает свои аккумуляторы. Придется опять играть роль приходящей няньки, утверждая устарелые отцовские правила торговли. Он старался не думать о постоянно снижающемся уровне продаж и о том, что хитрый старик хватается за сердце всякий раз, как Грег пытается заговаривать об этом.

Неважно, что синева глаз Джейн может соперничать с прозрачными водами реки Святого Фомы. Что у нее самый милый курносый носишко, а пухлый ротик словно просит поцелуев. Или что она пользуется греховно дорогими духами.

Грег потряс светловолосой головой, чтобы в ней хоть немного прояснилось. Не время думать о личном. Данный конфликт затрагивает политику руководства.

— Достаточно, мисс Хейли, — вмешался Грег, видя, что Ниблинг побагровел до корней своих редеющих волос.