– Как зовут твою маму? – спросила Алена.

– Отгадай!

– Ну ладно. Сколько букв в ее имени?

– Я еще не знаю… – Даша сдвинула брови. – Много!

– Валентина? – первая попытка вызвала смех у девочки.

– Какая еще Валентина? У нее простое имя, как у меня, – она задумалась. – Или у тебя.

– Может, как у бабушки?

– Ты что, – Даша сделала круглые глаза, – у бабули очень трудное имя – АННАФЕДОРОВНА.

Алена еще немного поиграла с Дашей в угадалки. Оказалось, что маму ребенка зовут Аня. Или Анюта. Все, кроме папы, называли ее Анюта, а папа всегда – «ну всегда» – называл Анной.

Для Алены квартира Ивана была сказочным раем: ее поразили чудеса бытовой техники, огромное количество пультов, с помощью которых можно было управлять даже светом и шторами. Причем маленькая Даша владела этой премудростью без запинки. Ей было смешно, когда взрослая Алена просила включить или выключить торшер:

– Ну вот, видишь, написано – лампа! – назидательно объясняла девочка.

Алена, рассмотрев пульт, в самом деле, увидела, что на нем не написаны, а нарисованы все объекты, которыми можно было управлять на расстоянии.

Телевизоров в квартире было два. Один – огромный и с плоским экраном – располагался в гостиной с мягкими бархатными коричневыми диванами. На стенах гостиной и столовой висели приятные на вид картины, которые подсвечивались таким образом, что казалось, свет идет изнутри, из самой их середины. Это придавало картинам мягкость и создавало уют. Первое время Алена порывалась экономить электроэнергию и выключала лишний свет. Однако Иван, застав как-то раз свою малышку в полумраке дорогого итальянского торшера, сделал Алене строгий выговор. «Я прошу вас, Алена, не лишайте моего ребенка домашнего тепла. Я так долго его создавал!»