— Я тоже… живу в Нью-Йорке, — донеслось сквозь всхлипы. — Вчера мне позвонила школьная подруга. Я должна была приехать, понимаете? Ричмонд — мой родной город…

— Тише-тише, успокойтесь, — прервал Джей бессвязный поток фраз. — Вы слишком взволнованны. Потом расскажете.

Тиффани покорно уткнулась в подставленное плечо и застыла. Больше молчания никто из них не нарушал. Джей понимал, что законы вежливости обязывают его пригласить новую знакомую домой, выслушать, напоить чаем. Тем более если ее состояние вызвано сопереживанием семье Райли. Джей осторожно озвучил свою идею:

— Тиффани, не хотите зайти на чашку чая?

Казалось, она медлит, обдумывая приглашение. Ее шелковистые волосы касались подбородка Джея, отвлекая, мешая сосредоточиться на разговоре.

— Я вам очень признательна. — Тиффани медленно отстранилась и достала из сумочки носовой платок. — Это такой великодушный жест с вашей стороны. Обещаю, что не отниму много времени. Просто расскажете мне все.

— Все? — переспросил Джей. — Я знаю какие-то жалкие крупицы. Вы же понимаете, военное ведомство окутано тайной…

Тиффани кивнула и повернулась к машине, нажимая на брелок сигнализации. Часть пути они прошли по тротуару, затем свернули на тропинку, ведущую к дому Райли. Джей был занят тем, что пытался восстановить в памяти хоть какие-то факты, объясняющие столь пристальный интерес к их семейной трагедии. Да, она росла по соседству, но прошли годы! Вернулась спустя шесть лет, едва узнала… Это очень странно. Возможно, в более спокойной обстановке они наконец-то перестанут утаивать друг от друга важные подробности.

— Ваш дом почти не изменился, — сказала гостья, проходя в гостиную. — Даже фотографии остались прежними.

Джей проследил за направлением ее взгляда, обращенного на полку над декоративным камином. Здесь располагалась целая галерея семейных портретов, запечатлевшая разные события и периоды жизни.