— Нет-нет! Я сама уберу со стола. — Эшли пресекла слабую попытку Тиффани собрать после себя грязную посуду. — Ты здесь гостья! Спокойно допивай кофе и собирайся на свою важную встречу!

Да, пора было приступать к активным действиям. Тиффани снова поднялась наверх и, довольно быстро собравшись, вдруг осознала, что слишком взволнована. Руки дрожали, сердце бешено колотилось. Она боялась того, как ее встретят в доме, дорога в который забыта много лет назад. Хотя, что значат эти жалкие шесть лет в масштабах целой жизни? Той жизни, которая не сложилась у нее в Ричмонде. С человеком, носившим когда-то в ее сердце гордое звание «мужчина моей жизни». Не сложилось, рассыпалось счастье, мечты юности. Клятвы первой любви обернулись прагматизмом будущего для каждого из двоих влюбленных, произносивших когда-то эти клятвы в тени вечерней беседки. Ничего не вернуть! Вот почему так больно…

Каким-то невероятным стечением обстоятельств все подошло к финалу, нелогичному и… трагическому.

Ровно сутки назад, сидя в своей огромной нью-йоркской квартире с видом на парк, Тиффани была почти счастлива. Грустные воспоминания рано или поздно тускнеют, уступая место повседневным радостям. Так произошло и у нее. Работа, друзья, бешеный ритм большого города составляли тот новый мир, пришедший на смену разбитому вдребезги.

Где же оно, единственное напоминание? Тиффани достала из портмоне маленькую фотографию. Как-то так сложилось, что уцелел один снимок. Нет, на нем не было ее улыбающегося юного личика с лучистым взглядом. Зато был парень, едва перешагнувший тонкую грань, разделявшую подростка и молодого мужчину. Волевой подбородок, чуть прищуренные карие глаза, смело взиравшие на мир, который, казалось, целиком лежал перед ним одним, сверкая безграничными перспективами… Если бы он знал, если бы она смогла преодолеть себя, забыть, простить, бороться…

С трудом Тиффани нашла в себе силы покинуть наконец комнату. Она вышла на улицу и села в свою машину.