— Лучше не надо, — ответила Ирина. — У нас одной женщине этими дверьми так руку зажало, чуть больницей не кончилось. А вам руки беречь надо.

— Откуда вы знаете? — удивленно вскинул брови он.

Ну вы же пианист, — быстро проговорила Ирина. — Я сама, правда, никакого отношения к музыкальному миру не имею. Но, поскольку живу в консерваторском доме, не могла не узнать Давида Марлинского — известного музыканта, гражданина мира…

— Вы так говорите… — Он смутился. — Чувствую себя почти английской королевой!

Тем не менее Ирина заметила, что ее слова польстили ему.

— Больше того, — с улыбкой добавила она, — я даже догадываюсь, куда вы сейчас направлялись.

— Даже так? — Брови Марлинского снова взлетели вверх.

— Даже, — кивнула она. — К своей дочери Насте.

— Надо же!

— Да вы не пугайтесь. Я за вами не слежу. Мы с Настей живем на одном этаже. Квартиры у нас визави.

— Понятно, — с некоторым облегчением выдохнул он. — Вот незадача, а? Попали мы с вами. — Он поставил на пол большую сумку, которую все это время продолжал держать в руках. — Ну раз вы Настина соседка, давайте знакомиться. Меня Давидом зовут, как вы знаете.

— Ирина. Очень приятно.

— Мне тоже. — Он помолчал. — Как вы считаете, мы здесь долго простоим?

— В прошлый раз меня минут через сорок вытащили.

— Ой-ой-ой! Настя давно меня ждет. И так опаздывал. На репетиции задержался. Волнуется, наверное.

— А вы позвоните, — подсказала самый простой, на ее взгляд, выход Ирина.

— Как же я сам не сообразил, — зашарил по карманам Давид. — А телефон здесь ловит?

— Должен. Мой точно ловит.

Вытащив из кармана телефон, Марлинский набрал номер.

— Настюш, извини, что опаздываю, но сижу в твоем доме в лифте. С твоей очаровательной соседкой!.. С Ириной! — Он смущенно посмотрел на нее. — Простите, не знаю вашего отчества…

— Николаевна. Только это не важно. Просто Ирина.