— Я и не знала, что у тебя есть дочь, — сказала Фейт, явно удивленная..

Блэр пожала плечами:

— Как ты справедливо заметила, мы ведь не поддерживали отношений.

Сердце ее продолжало рваться из груди.

Фейт бросила взгляд на ее левую руку:

— Ты разведена?

Блэр посмотрела на Линдсей. Та вспыхнула. Она крепче прижала к себе дочь.

— Я не была замужем.

Фейт не сводила с нее глаз, и Блэр будто читала ее мысли: «Что мать, что дочь, как две горошины из одного стручка. Проклятие клана Андерсонов. Незаконнорожденные дети. Это означает, что этих женщин недостаточно любили или желали их мужчины».

Джейк сделал шаг вперед.

— Значит, ты живешь в Нью-Йорке, — с улыбкой обратился он к Линдсей.

Линдсей кивнула.

— Я был там пару раз. Невероятно огромный город. Оба раза я заблудился.

Улыбка все не сходила с его лица. Джейк сумел бы очаровать и змею, если бы захотел, и Блэр это было хорошо известно.

Ее вдруг затопили воспоминания, взявшиеся неизвестно откуда, а она-то воображала, что все давно забыто. Луна и звезды, влажная жара, ночь, полная таинственного шепота. И Джейк. Ужаснувшись, Блэр приказала себе перестать думать о прошлом.

Она была потрясена этим воспоминанием. Она не думала о той ночи одиннадцать лет. Как могло случиться, что воспоминание оказалось таким живым, таким ярким и неотвязным?

Линдсей улыбнулась Джейку в ответ:

— Вообще-то в Нью-Йорке легко ориентироваться. Я могла бы научить вас этому, если бы вы снова приехали.

Она была полна желания помочь.

— Я был бы рад этому, — снова улыбнулся ей Джейк. — Вероятно, я буду в Нью-Йорке следующей осенью. Мы могли бы условиться. Ты показала бы мне свой город, а сейчас я могу показать тебе все здешние места.

— Это было бы потрясающе! — воскликнула Линдсей.