Блэр пристально смотрела, как он открывал гараж на шесть машин с электронным пультом и разными мудреными встроенными штучками. Сегодня он выбрал серебристый «порше». Когда Джейк задним ходом выезжал из гаража, Блэр повернулась к Мэтту.

— Да ты с ума сошел! С Риком произошло несчастье, но даже если это не так, Джейк не причастен к смерти Рика и, уж конечно, не убивал его.

— Деньги растлевают, — сказал Мэтт, — так же как алчность и жажда власти.

«Порше» взревел на подъездной дорожке, взметнув пыль и гравий из-под задних колес.

— Ты не любишь Джейка. Никогда не любил его.

Блэр продолжала смотреть вслед спортивной машине.

— А ты влюблена в него так же, как прежде. Разве я не прав?

Блэр замерла:

— Я никогда не была влюблена в него.

Мэтт покачал головой:

— Блэр, весь город видел, как ты ходила за ним по пятам, словно щенок, пока он не поступил работать на ранчо к Рику. Линдсей его дочь?

Блэр почувствовала, что ей не хватает воздуха. Сначала это предположила Фейт, потом Джейк и теперь Мэтт.

— Нет.

Его печальная улыбка была знаком того, что он ей не поверил.

— На их свадьбе ты казалась самым печальным существом на свете. Мне было так жалко тебя. И я был не единственным, кто заметил, что на следующий же день после свадьбы ты уехала и не возвращалась сюда ни разу. До сих пор.

Внезапно глаза Блэр наполнились слезами.

— Мне не нужна твоя жалость…

Его тон был резким:

— Да, ты не нуждаешься в жалости. Ты сильная, умная и упорная. И ты прекрасно преуспела в жизни. Просто мне тошно видеть, что ты все еще сохнешь по нему.

Блэр открыла было рот, чтобы возразить, но Мэтт оборвал ее.

— Это написано у тебя на лице. Каждый раз, когда ты смотришь на него. И не пытайся этого отрицать.

— Знаешь что? — ухитрилась она наконец вымолвить, возмущенная и напуганная его проницательностью. — Мои чувства тебя не касаются.