Лишь одно было Флинну ясно: он никак не годился на роль отца. Ни по каким критериям.
Дилан тем временем вцепился ему в нос. Флинн поймал ручонку малыша и отвел в сторону.
— Ладно, клоп, я позабочусь, чтобы с тобой все было в порядке. Тебе не о чем беспокоиться, слышишь? Разве только об ужине. Ну что, пожуем свеколки от Молли, а?
Глава четвертая
Когда после одиннадцати зазвонил телефон, Молли уронила на пол любовный роман, который читала, а поспешив схватить трубку, чуть не свалила стоявшую на ночном столике лампу. Никто не звонил ей так поздно. Сэм — с ним она встречалась время от времени, — как правило, успевал пообщаться с ней по телефону ранним вечером. Родители и сестры тоже периодически звонили ей, но никто из них не станет беспокоить ее в такой поздний час без крайней необходимости. И, очевидно, сейчас именно такой случай…
Едва успев поднести трубку к уху, Молли услышала голос Флинна. Он звучал тревожно:
— Я понимаю, что тебе сейчас меньше всего хотелось бы говорить со мной, и клянусь, что не стал бы тебя беспокоить, если бы мог без этого обойтись, — сказал Флинн, — но я просто в отчаянии…
Молли откинулась на подушки. Весь вечер она пыталась не думать о нем и малыше. Ей не хотелось мучиться бессонницей и искать ответы на неразрешимые вопросы. Черт бы побрал Макгэннона и его звонок! — с досадой подумала она.
В голосе Флинна звучало отчаяние:
— Дилан плачет. Я нормально уложил его, и он уже крепко спал, как вдруг проснулся и заплакал. И плачет, не переставая. Просто так, без всякой причины. Что мне делать, Молли?
— Флинн, я уже говорила тебе, что у меня нет никакого опыта по уходу за детьми…
— Но ты ведь женщина, ты должна знать больше моего. Ты только скажи, что делать, и я сделаю! — Голос Флинна по-прежнему звучал тревожно.